Tags

,

Конец 1452 года.
Молодой султан Мехмед с доверенным лицом Хамзой-беем идет к колдунье, которая предсказывает ему, что через год он сможет взять Константинополь штурмом – но его усилия ни к чему не приведут, если он не поторопится.
Старый безносый наемник Зоран из Рагузы очень не хочет плыть со своим командиром, генуэзцем Джустиниани, в Константинополь – дело в том, что Зорана на самом деле зовут Грегорас Ласкарис, он родом из Города и был изгнан оттуда за якобы турецкий подкуп во время прошлого нападения турок на Константинополь.
Теон, брат-близнец Зорана, как раз сейчас в Генуе пытается привлечь хоть кого-то на защиту Константинополя, действуя как посол императора Константина Палеолога – и заодно издевается над своей женой Софией, которая влюблена была в Грегораса – а вышла за Теона.
Анатолийский фермер Ахмед, у которого от голода только что умерла младшая дочь, идет записываться в войско Мехмеда – он слышал, что в Константинополе улицы вымощены золотом, а из жителей выйдут неплохие рабы.
Джон Грант, шотландец (которого все почему-то считают немцем) вроде бы открыл утерянный секрет греческого огня – а сейчас сидит в плену у пиратов в Омисе и ожидает казни.
И, наконец, Лейла, та самая колдунья, что предсказала Мехмеду победу, очень хочет добраться до алхимического труда который хранится в одной из библиотек Города…

Хамфрис явно с большой любовью относится к теме своего романа; наверное, самый трогательный кусок – это послесловие, где написано том, как он осматривал стену Феодосия и искал церковь Богоматери Панагиотиссы (единственную церковь в современном Стамбуле, которая никогда не была мечетью и в которой всегда проходили службы). Он очень интересно говорит о том, что его роман, изначально задуманный как история осады с точки зрения осаждаемых, постепенно превратился в попытку написать объективную картину осады с рассказчиками с обоих сторон; и о том, как двумерный злодей Мехмед Фатих из его предыдущего романа (“Влад. Последняя исповедь”) внезапно оказался не таким уж и злодеем.

Но вот знаете… наверное, ошибкой было читать роман почти сразу после Кроули. Там, где Хамфрис делает упор на человеческие отношения придуманных персонажей – Кроули рассказывает факты, и, как оказалось, факты куда удивительней и интересней всего, что можно придумать.

Advertisements